Строители горных крепостей

Племена афанасьевской культуры первые, но не последние в эпоху бронзового века пришли в хакасские степи с запада. Примерно в XVIII веке до н.э. по тому же пути сюда проникают новые племена, но в отличие от афанасьевцев, они не чуждались людей из местных племен, живших здесь с неолита, и охотно шли с ними на контакт. Европеоиды-мужчины, пришедшие с запада, брали в жены монголоидных женщин из местных племен. В результате смешения образовался новый народ, который постепенно вытеснил из степей Хакасско-Минусинского края радевших за чистоту своей крови афанасьевцев. Многие из последних под давлением обстоятельств отбросили свои вековые традиции и слились с новым народом.

Этот народ сформировал новую самобытную и уникальную культуру, которую археологи условно назвали окуневской по названию хакасского улуса Окунево. Здесь С.А. Теплоухов исследовал один из первых курганов этого народа. Но долгое время считалось, что эти могилы относятся к более позднему времени или к предшествующей афанасьевской культуре. И только изучение Г.А. Максименковым в 60-е годы ХХ столетия целого кладбища окуневцев позволил ему выделить эту культуру. Таким образом, одна из ярчайших культур бронзового века была открыта, как не странно, последней.

Участие в формировании нового народа местных племен, живших в этих краях еще с неолита и промышлявших зверя, привело к тому, что охота у окуневцев заняла одну из важных ролей в хозяйстве. Бывшим охотникам было трудно в одночасье отказаться от привычных занятий. К тому же высокий уровень охотничьего искусства позволял довольно эффективно добывать средства существования. Об этом свидетельствует широкий спектр объектов охоты, охватывающий практически всех представителей местной фауны. Окуневцы добывали косуль, оленей, маралов, лося, кабаргу, соболя, сурка, выдру, бобра, кабана и различных пернатых. В тайге они не боялись противостоять таким опасным хищникам, как медведю и рыси.

Большое значение охоты отразилось и на мировоззрении окуневцев. Из зубов и костей животных они изготовляли магические амулеты и ожерелья. Особым почитанием пользовались медведь, волк, лось и олень, их изображения наносились на предметах культового назначения. Вероятно, также и религиозные традиции не позволяли забросить охотничий промысел.

Но как бы не были искусны окуневцы в охоте, все же они по достоинству оценили преимущества разведения скота. Об этом говорит тот факт, что корова, бык и баран занимали ведущие роли в их божественном пантеоне. Вероятнее всего, именно из-за необходимости смены пастбищ им приходилось часто перемещаться на повозках, запряженных быками. Их поселения были не долговременные, и не оставляли после себя значительных следов проживания, вследствие чего в долинах рек Хакасско-Минусинской котловины таковых известно очень мало.

Археологические исследования последнего времени дали возможность установить, что многие горные крепостные сооружения, которые хакасы называют «све», были сооружены именно окуневцами. По большому скоплению остатков жизнедеятельности стало понятно, что они проживали в них более длительное время, чем на стоянках в долинах. Све обычно сооружали на горе, имевшей, как правило, скальный выход. На самой вершине выбирался участок, который огораживался стеной со стороны пологого спуска. Стена выкладывалась без связующего раствора из плит песчаника. Во многих случаях наблюдается два пояса стен. При нападении небольших военных соединений, которые могли себе позволить родоплеменные сообщества бронзового века, такие несложные фортификационные сооружения позволяли эффективно держать оборону.

Материалы укрепленных поселений свидетельствуют, что окуневцы еще в значительной степени изготовляли орудия из камня. Как и ранее, из него делали наконечники стрел и копий, скребла и отбойники, топоры и тесла, а также и украшения. И все же прогресс металлургии брал свое. Помимо того, что окуневцы также как и афанасьевцы изготовляли иголки, крючки и лезвия ножей, которые они вставляли под углом в костяную рукоять, они начали выковывать кинжалы, а также научились выливать втульчатые наконечники копий и проушные топорики из бронзы.

Керамические сосуды окуневцев совершенно не походят на афанасьевские. Они плоскодонные, баночной формы, и практически всегда у них орнаментирована вся внешняя поверхность, иногда даже дно. Орнаменты выполнены зубчатым штампом или палочкой, которыми наносились шахматные узоры, зигзаги и ямки, по венчику с внутренней стороны выдавливались бугорки.

Так же, как афанасьевцы, окуневцы делали из глины ритуальные курильницы, отличавшиеся наличием небольшого кармашка. Для  культовых целей изготовляли различные небольшие предметы из разных материалов. Из них можно выделить стеатитовые стерженьки с человеческой головой на конце, костяные пластины с изображением женщин и костяной жезл с мордой медведя, проглатывающего барана. 

Столь развитое религиозное мировоззрение не могло не выработать свой канон проводов человека в иной мир. Окуневская традиция кардинально отличается от афанасьевской. Окуневцы  огораживают свои курганы квадратной оградой из поставленных на ребро плит, а не округлой. У них практически отсутствуют коллективные захоронения, как у афанасьевцев. В основном хоронили одного человека в небольшой погребальной камере, сооруженной из плит песчаника в виде ящика. Такие могилы в определенном порядке располагались внутри каменной ограды. Погребенных укладывали на спину с согнутыми ногами, а под голову подкладывали каменную плитку. Но бывало, что в одном ящике размещали и два, и по три усопших: одного мужчину и двух женщин. Имеются случаи, когда в одном ящике с одним погребенным находили несколько черепов. Иногда погребальные ящики надстраивались друг над другом. Встречаются также захоронения в катакомбах.

Вся жизнь окуневцев была пропитана религиозными культами и магическими ритуалами. Их жрецы и шаманы, помимо духовной власти, обладали и властью светской, их хоронили более в монументальных курганах, а для некоторых сооружали комплекс, напоминающий кромлех. Более ярко религиозное мировоззрение окуневцев отражается в изображениях на изваяниях.